Он обучал пению Майкла Джексона

Этого человека зовут Сэт Риггс. В свободном доступе находится масса интервью с ним. В них он много рассказывает о Майкле. Очень хочется поделиться всеми ими, но у меня сайт все — таки не о нем, а о пении вообще. Поэтому помещаю интервью особо ценное именно для певца.

— Среди ваших учеников более 100 обладателей Грэмми — нюх на супер-звёзд у вас явно есть. Можете назвать несколько самых ярких певцов, появившихся на мировой эстраде за последние 10 лет?

— Признаюсь, я не очень слежу за мировой эстрадой. Но вот недавно по телевизору видел маленьких певцов — 16, 19 и 8,5 лет. Вот эти дети пели лучше, чем большинство взрослых исполнителей, которых я когда-либо слушал. Один из них — Деклан Гэлбрейт, он из Великобритании. А ещё мне понравился победитель последнего Евровидения — он из Белоруссии, но выступал за Норвегию (Александр Рыбак. — Прим. ред.). Или вот ещё певица Джэйд, тоже из Британии и тоже пела на Евровидении.

Ещё есть Кристина Агильера — с прекрасным голосом, но вот поёт не всегда очень хорошо. Зато может выбирать между многими стилями. Или ещё один американец Джош Гробан (был моим учеником, кстати). Он хорошо начинал — первый же альбом стал платиновым, — но в последнее время стал петь хуже. Или Мадонна. Она устраивает потрясающие шоу из года в год, но поёт только на два голоса — «от головы» и «от груди». Нет у неё в голосе того, что есть у Нелли Коул, Аниты Бейкер, Барбары Стрейзанд и т. д. И тем не менее, никто из этих потрясающих певиц не достиг таких масштабов, как Мадонна — потому что она умеет сделать представление.

— Так значит одного голоса недостаточно для того, чтобы стать звездой?

— Думаю, у настоящего певца должен быть, конечно, красивый голос и умение с ним обращаться. Но кроме того, певец должен хорошо выглядеть и уметь хорошо двигаться. Он должен выбирать правильную музыку и тональность, должен уметь подавать себя публике. Нельзя просто выйти на сцену и ждать, что тебя полюбят только за то, что ты красавчик. Во время выступления надо буквально раскрывать свою жизнь перед публикой, устанавливать с ней контакт. То есть, надо быть и хорошим актёром.

— Раз уж мы заговорили о ваших учениках, самым великим из них был, пожалуй, Майкл Джексон. Как вы думаете, в чём феномен этого человека? Он ведь стал не просто звездой — настоящим символом эпохи и культуры.

— Всё просто. Вы хоть одного человека можете назвать, кто танцевал бы так же, как он? Никого. А кто так же поёт на две с половиной — три октавы? Поют, но не так, как он. А вспомните все сумасшедшие вещи, которые он выделывал! Он же очень эксцентричный человек, очень простодушный и юный. (Почти на протяжении всего интервью Риггс говорит о Джексоне в настоящем времени.) Он детей обожает. Один раз увидел у меня фотографию внучки и говорит: «Отдай её мне». Но это же моя внучка, говорю, а он отвечает: «Отдай». Отдал, попросил у дочери другие, а он и те выпросил. Сказал, она такая красивая — я не мог отказать. Вот такой он. Любил детей любых возрастов и любил людей вообще. Причём всех без разбору — всех цветов кожи.

— Но, говорят, он был очень одинок…

— Думаю, да. Он же был большой звездой, настолько большой, что люди просто боялись к нему подступиться. А кто не боялся, того не пускали. Вокруг него всегда была куча людей, которые его защищали от всего и ото всех. Представьте, что вы мой друг и звоните мне по телефону. Попадаете на секретаря, а тот спрашивает: «А вы по какому вопросу?» Вам-то хочется ответить, мол, не ваше дело, просто дайте нам поговорить — а вам в ответ: «Оставьте сообщение, ему передадут». Вот Майклу никогда не передавали сообщения.

— Расскажите, каким он был учеником. Любил учиться, работать над собой?

— Он был очень упорным, работал не покладая рук. Над синглом «Триллер» — который стал его величайшим хитом, — мы работали по 6 дней в неделю, это тяжкий труд.

— В представлении обывателя жизнь певца — скорее, каникулы, чем тяжкий труд. Как на самом деле?

— Для любого человека — не только певца — очень важно блюсти себя. Но большинство начинают браться за голову, только когда что-то случится; люди не понимают, что надо постоянно следить за собой, соблюдать собственную дисциплину. Вот это и есть настоящая работа. Певец, он ведь как музыкальный инструмент, расстроиться может от малейшего воздействия. Например, надо всегда быть аккуратным с едой. Я вот с тех пор, как приехал в Россию, начал есть на ночь, а от этого происходит рефлюкс — заброс желудочного сока в горло. Голос от этого отвратительный. Некоторые думают, что это ничего, изредка можно. А я говорю нет, нельзя. Нельзя пить алкоголь, потому что от этого связки отекают. Нельзя курить, потому что сигареты высушивают глотку и так далее.

— То есть певец практически как спортсмен?

— Именно так.

— У вас были любимчики среди учеников?

— Может, и да, но я им этого никогда не показывал. Это прозвучит грубовато, но с учениками я безжалостен. Если что-то неправильно, я всегда говорю всё напрямик. У меня такой подход: будь ты хоть королевской особой, ты всегда прежде всего человек, а о людях надо заботиться. Вот я забочусь так — не даю ученикам зазнаваться. Даже маленькие дети должны работать наполную, делать всё, что умеют. Особенно если таланта не много, но очень хочется.

— Как думаете, кто-то из ваших — или не ваших — выпускников сможет сравниться с Джексоном?

— Нет. Кто-то умеет петь, кто-то танцует. Танцуют вообще все — Мадонна, Джэнет Джексон, Рудольф Нуриев и т. п. Но Мадонна не танцует, как Джексон, а, чтобы оценить мастерство того же Нуриева, надо обладать особыми познаниями в балете. Я как-то обедал с Нуриевым, он хотел научиться петь. Пригласил меня жить у него на время обучения. Но я не успел: он скончался…
Так вот, таких артистичных певцов, как Джексон, тоже нет. Когда он пел, он всегда играл и делал это отменно, профессионально. Когда он снимался в кино, его готовил Марлон Брандо. Он был действительно особенным.

- Майкл когда-нибудь задумывался о смерти?

– Знаете, мне очень запомнился один момент – тогда как раз я задумался о жизни и смерти, о смысле существования человека.
Я аккомпанировал Майклу на фортепиано, а он стоял неподалеку и вдруг под мою музыку замер, раскинув руки и глядя куда-то ввысь.
Я, почувствовав, что этот момент очень важен для него, выключил свет и тихо вышел из комнаты. Спустя некоторое время я вновь заглянул и услышал, как Майкл шептал: “Спасибо за все, что у меня есть, спасибо за мой талант, спасибо за всех людей, которые меня окружают. Скажи, что я должен сделать, и я сделаю это”. Мне кажется, в этот момент Майкл был близок к тому, что я называю общением с Богом. Но было и много других моментов, когда он бескорыстно помогал людям – старым, молодым, белым, желтым, черным – быть может, просто чувствовал, что это его миссия. А ведь мало кто знал, что ему из-за неудачной пластики приходилось накладывать каждый день тонны косметики, выходя из дома.

- Вы столько лет знали Майкла! В чем была его загадка?

– Таких талантливых людей, как он, я никогда не встречал. Хотя нередко открываю невероятные таланты, нахожу голоса среди людей, которые никогда не занимались пением. Но могу сказать честно: Джексон был настоящим феноменом, в первую очередь благодаря его невероятной доброте к людям. И того, что случилось, не должно было произойти.

-Какое самое яркое воспоминание у вас о Майкле?

– Раннее утро, я еще в постели, и тут стук в дверь: “Доброе утро! Просыпайтесь!” Выглядываю – стоит Майкл. “Пора за работу! Сет, пора заниматься!” Он растолкал меня и упросил целый день провести с ним за фортепиано. Он был невероятно работоспособен.

dreamtosing.ru   -  мечта о пении

Буду признательна если нажмете кнопку
rss